Перемирие в «молочной войне» между братскими государствами России и Белоруссии забрезжило. Но может начаться «пивной конфликт».
Напомним, что под предлогом якобы несоответствия белорусских йогуртов и творогов новому техрегламенту под запрет попали сотни наименований, то есть практически вся продукция молочной отрасли соседней страны. Ситуация выглядит довольно странно на первый взгляд, поскольку совсем недавно цельномолочная продукция ведущих белорусских производителей была проверена и сертифицирована лабораториями Росветнадзора. Под запрет попали даже образцы, получавшие медали на специализированных международных выставках в Москве.
Догадки о причинах конфликта можно строить разные – от психологической несовместимости политических и экономических элит двух стран до попыток «закошмарить» белорусские предприятия и поставить их под контроль российского бизнеса. Зачем? Во-первых, молочная отрасль Белоруссии переоснащена и пе-решла на современные технологии. Во-вторых, чтобы не сбивала цены на продукцию. Ни для кого не секрет, что цены на продовольствие под предлогом кризиса выросли в России на 15–20 и более процентов, в то время как в Европе – на 2–3 процента.
В последний момент, прав-да, удалось договориться, что белорусские партнеры прекратят поставки порошкового молока во II и III кварталах текущего года, чтобы российские «молочники» чувствовали себя на рынке комфортнее.
Реакцию белорусской стороны можно было предвидеть. По словам специалиста в области международного права, доктора политологии Алексея Бинецкого, российские службы постоянно создают искусственные проблемы, и не исключено, что это связано в том числе и с коррумпированностью отдельных российских структур. Увы, мы сами нарисовали себе такой имидж, сами даем повод для подобных предположений.
Видя, что ситуация уже до-ведена до абсурда, Владимир Путин на заседании президиума правительства призвал министров и прочих чиновников быть сдержаннее в выражениях, касающихся Белоруссии.
Это все «молочная кухня», но варится на ней не только сыр. На выходе куда более серьезные последствия. В заложниках ситуации оказалась целая международная организация – ОДКБ. Даже если отсутствие белорусской делегации на саммите ОДКБ и не помешало подписанию документов, их вес все равно снизился. Может повиснуть в воздухе создание таможенного союза России, Казахстана и Белоруссии, а также предложение об их совместном вступлении в ВТО.
И еще. На фоне молочного конфликта встрепенулась За-падная Европа. Нынешнее противостояние между Моск-вой и Минском создает в руководстве Евросоюза впечатление о непредсказуемости по-ведения России, если она позволяет себе столь серьезные санкции даже в отношении верных союзников. Нынешний сценарий легко проецируется на Украину, а газовый транзит через эту страну волнует европейцев куда больше, чем белорусское молоко.
В целом молочный инцидент наводит на мысль о простенькой двухходовой комбинации, если пользоваться шахматной терминологией: через Роспотребнадзор провоцируется конфликт с Белоруссией, Минск отвечает резко, Кудрин и Онищенко добавляют масла в огонь, и… Москва теряет преимущество по ряду международных позиций.
мнение эксперта
Первый заместитель председателя Комитета ГД по делам СНГ и связям с соотечественниками, директор Института стран СНГ Константин ЗАТУЛИН:
– В отношениях России и Белоруссии сейчас происходит конфликт. И закончиться он может по-разному. Активной стороной в возникших трениях является Минск, который, по сути, и инициировал эти разногласия, используя, в частности, поводы, которые предоставляются с нашей стороны.
Оставляя за скобками удачные или неудачные речи министра финансов России, вовремя или не вовремя случившуюся «молочную войну», следует отметить, что после августа прошлого года у целого ряда политических лидеров на постсоветском пространстве поя-вился выбор: или усиливать взаимодействие с Россией в тот мо-мент, когда она продемонстрировала свою самостоятельность, или же воспользоваться сезонным ох-лаждением отношений РФ и Запада, для того чтобы решить свои проблемы и улучшить свои собственные связи с Европой. Я знаю, по крайней мере, двух руководителей стран СНГ, которые пошли по второму пути. Это Александр Лукашенко и Ислам Каримов.
Президент Белоруссии не может не осознавать, что в течение стольких лет удерживал позиции, в том числе и за счет пророссийской риторики. Лукашенко должен как-то объяснить своему населению, почему он в настоящий момент переориентируется: едет, скажем, в Ватикан или вступает в Восточное партнерство. И для того, чтобы все это было воспринято народом Белоруссии, ему нужно подчеркнуть, что это единственно возможные шаги в условиях такого поведения России.
Лукашенко хочет сейчас, чтобы Белоруссия превратилась в как минимум Украину времен Кучмы, когда Киев своим поведением фактически заставлял и Восток, и Запад каким-то образом ему помогать. Не хотят в России помогать и давать кредит – пойдем за деньгами в Европу. На Западе в свою очередь решили, что им не до жиру с Россией после событий на Кавказе, что они готовы закрыть глаза на недостатки Лукашенко и перестать обзывать его последним диктатором. А в итоге – использовать Минск для того, чтобы уменьшить возможности РФ на постсоветском пространстве.
Не стал бы преувеличивать успехов подобной переориентации Белоруссии. Считаю, что со стороны Лукашенко это ошибочный курс, который ничего хорошего не принесет. Белорусский президент может пройти «точку невозврата», и тогда будет уже поздно что-либо исправлять. И в тот момент, когда российско-белорусские отношения будут действительно основательно испорчены, уверен, что для дружбы с Западом в Белоруссии найдется другой политик. И пример Кучмы это доказывает. Когда украинский лидер выполнил свою основную задачу, от него начали быстро избавляться, прежде всего на Западе. Дело закончилось «оранжевой» революцией.
России в этом вопросе, во-первых, нужно продемонстрировать свое желание проявлять добрую волю. Это не будет признаком слабости. Это нужно не для Лукашенко. Во-вторых, России надо понимать, что, хотя Лукашенко для нас сегодня далеко не простой партнер, в ближайшее время другого, наверное, не будет. И нам нужно серьезно подойти к вопросу о том, что мы можем сделать для того, чтобы повлиять на Белоруссию, на Лукашенко и убедить их двигаться по иному пути. Если будем ориентироваться исключительно на наказание – тот же запрет на молочную продукцию или еще что-то, – то это палка о двух концах, поскольку подобные шаги вызывают обратную реакцию.
История с этими молочными реками, которые потекли вспять, внешне вроде бы свидетельствует о нашей правоте. Действительно, уже давно в Госудуме одобрен закон о техническом регламенте на молочную продукцию, белорусскую сторону об этом предупреждали, и Минск не захотел делать никаких выводов из этого. С другой стороны, хотел бы в этом ошибиться, у нас не все было сделано, чтобы вовлечь белорусскую сторону в работу над этим документом. А возможность такая была. Мы не учли, что живем в Союзном государстве, и все эти вопросы должны быть разрешены до, а не после того, как регламент начал действовать.
Беседовал Игорь БАЙКОВ